Журнал DonorSearch

Автор: Елена

  • Вышиваем добро: как хобби вдохновляет на донорство

    Вышиваем добро: как хобби вдохновляет на донорство

    Команда DonorSearch всякий раз убеждается, что участники нашего сообщества — уникальные и талантливые одновременно в нескольких областях люди. Героине нашего выпуска, Анне Манешовой, удалось объединить свои увлечения — донорство и вышивание — и создать уникальный просветительский проект «Добрые Крестики». Мы поговорили с ней о том, как творчество может стать подходящим языком для разговоров о донорстве, о силе сообществ и о том, почему важно заявлять о донорстве открыто и смело. 

    Расскажите немного о себе. Откуда вы? Чем занимаетесь? 

    Я из Томска. Это небольшой студенческий городок в Западной Сибири. Я прожила там всю жизнь, но так вышло, что четыре года назад нам [всей семьей] пришлось переехать в Екатеринбург. 

    У меня двое маленьких детей, поэтому занимаюсь я тем, что их воспитываю [смеётся]. В общем, веду домашнее хозяйство, ухаживаю за домом и семьей. 

    Теперь поговорим о ваших главных хобби: донорстве и вышивании. Как и когда вы начали сдавать кровь и её компоненты? Сколько у вас сейчас донаций?

    Впервые на станцию переливания крови я пришла в 2009 году, то есть в двадцать один год. Можно сказать, что я уже 16 лет в донорстве, но на самом деле у меня всего лишь двадцать донаций. Тогда [в юности] я ещё не знала о том, как важно быть регулярным донором, даже о компонентах не слышала, поэтому время от времени сдавала только цельную кровь.

    Не было никакой особой истории, которая привела меня в донорство. Меня просто заинтересовало, смогу ли я стать донором. Хотелось быть полезной людям. Ещё мама рассказывала мне, как в своё время сдавала кровь на работе: к ним на завод приезжала машина, всех неравнодушных просили поучаствовать. Она так тепло отзывалась о тех временах, когда они все вместе сдавали кровь, потом шли кушать, им ещё давали выходные [смеётся]. Может быть, её рассказы тоже немножко на меня повлияли. 


    Во время донации. Фотография из личного архива Анны Манешовой. 

    Сколько лет вы уже занимаетесь вышиванием? Почему выбрали это хобби? Ведёте ли учёт вышивкам, которые выполнили (по аналогии с донациями)? 

    Вышивать крестиком я начала в школе, но с основами вышивания меня познакомила бабушка. Каждое лето мы с сестрой приезжали к ней в деревню и разглядывали все эти красивые салфетки, вышитые гладью и крестиком. Первые уроки я получила как раз от неё. Научилась вышивать и крестиком, и гладью, освоила разные швы. 

    Тогда ещё не было никаких специальных материалов: только мулине и какие-нибудь салфетки. Я пробовала вышивать на вафельных полотенцах и пыталась сама составлять схемы. А уже когда я училась в школе, появились первые наборы. В них уже всё есть: канва, нитки, цветная подробная схема. Берёшь и повторяешь. Оттуда всё это и началось. И длится до сих пор. 

    Учёт работ я не веду, потому что для меня вышивание — такое хобби, где важен сам процесс, а не количество работ. Оно медитативное, приятное. Я так отдыхаю, это мой способ снять напряжение и восстановить силы. Да и я часто их дарю или специально для кого-то вышиваю, поэтому дома их почти нет. Если бы я и вела такой подсчёт, то их было бы очень много. 


    Пример вышивки. Фотография из личного архива Анны Манешовой. 

    Как вы можете описать сообщества, в которых состоите? И сообщество доноров, и сообщество вышивальщиц. Какие вас окружают люди? Что они вам дают?

    И там и там есть некий круг людей, которые объединены одной целью, одним увлечением. Очень здорово состоять в таком сообществе, потому что тебя всегда поймут, можно поделиться своими неудачами или, наоборот, успехами. 

    С вышивальщицами мы делимся законченными работами, рассказываем о том, с какими трудностями сталкиваемся. Например, если нападает «невышивун»: такое состояние, когда нет желания или вдохновения продолжать вышивать. В такие моменты очень помогает поддержка сообщества. 

    Так же и в донорстве. Можно рассказать о своей очередной донации или поделиться тем, что у тебя упал гемоглобин, и дали медотвод. Получить совет от более опытных доноров. Вряд ли тебя где-то поймут и поддержат так, как здесь [в сообществе доноров]. 

    Как вы думаете, есть ли что-то общее между донорством и вышиванием? 

    Так сразу и не скажешь, но если искать что-то общее, то я бы сказала, что донорство и вышивание — довольно ответственный процесс. Начиная новую работу, мы [вышивальщицы] всегда соблюдаем определённые правила. Знаем, откуда лучше начать вышивать, какие материалы использовать, как правильно стирать работу и многое другое. Чем опытнее вышивальщица, тем меньше вероятность совершить ошибку. 

    Всё то же самое у доноров. Они знают, что необходимо соблюдать диету, пить больше воды перед донацией и во время неё и так далее. Другими словами, есть нюансы, которые, возможно, [врачи] не всегда проговаривают на станциях, но со временем, путём проб и ошибок, ты уже знаешь, как ускорить процесс [подготовки к донации], какие продукты выбрать, что лучше влияет на твои показатели. 

    Так что нужно и там и там подходить к процессу ответственно, тогда будет хороший результат. 

    Как и когда появился проект «Добрые Крестики»? Расскажите, в чём его суть и как он работает?

    На каком-то этапе своего донорского пути я поняла, что нам действительно не хватает информации о донорстве. Зато хватает слухов и мифов, в которые люди охотно верят. Я и сама с этим столкнулась в начале своего пути: наслушалась страшилок и боялась сдавать плазму. В то время не было смартфонов и, соответственно, свободного доступа в интернет, поэтому информацию было не так легко достать. Думаю, если бы я была лучше проинформирована, то вступила бы в регистр доноров костного мозга раньше, не боялась бы сдавать компоненты крови. 

    Когда же я стала изучать донорство и поняла, что всё это страшилки, то начала потихоньку рассказывать о процессе всем, кто уже хочет стать донором или просто интересуется этим процессом. В какой-то момент я задумалась о том, чтобы расширить аудиторию. А я уже была частью большого, дружелюбного и очень активного вышивального сообщества, поэтому почему бы не попробовать выйти на них? Так и родилась идея создать проект «Добрые Крестики», то есть рассказывать вышивальщицам о донорстве. 

    В начале года я начала потихоньку писать дизайнерам (в сообществе они создают схемы для вышивания) с просьбой поучаствовать в проекте. Многие сразу откликнулись, за что я им очень благодарна. В итоге мы запустили проект 20 апреля, приурочив его к Национальному дню донора. В чём заключается идея? Дизайнер выпускает бесплатную схему для вышивания, анонсирует её у себя в сообществе и рассказывает своей аудитории о дне донора и о самой сдаче крови. Вместо покупки схемы дизайнер предлагает пожертвовать деньги в сообщество доноров крови и прикрепляет на него ссылку к посту. 

    Таким образом мы преследовали две цели: рассказать людям о донорстве и финансово помочь сообществу. 

    Сколько людей приняло участие в проекте? Какой отклик вы получили?

    Более 50 дизайнеров поучаствовали в нашем проекте за это время и, соответственно, каждый из них выложил схему и рассказал о донорстве на свою аудиторию. Нам удалось собрать около 32 тысяч и выпустить 57 схем. Могу сказать, что люди активно включаются, комментируют, репостят, жертвуют. Отклики очень хорошие! 

    Планируете ли вы дальше развивать проект? 

    Да, мне бы хотелось сделать это такой традицией. Получается, мы провели эту акцию дважды за этот год: на Национальный день донора (20 апреля) и на Всемирный день донора (14 июня). Было бы здорово делать так каждый год, привлекать новых дизайнеров, у которых есть своя аудитория и таким образом охватывать всё больше людей. Может быть, и что-то новое придумать. Многие участники акции заряжены и хотят ещё в чём-то таком поучаствовать. 

    То, что вы делаете, мы в  DonorSearch  называем амбассадорской деятельностью. Как вы чувствуете себя в этой роли?  Что можете посоветовать людям, которые тоже хотели бы стать амбассадорами и заниматься популяризацией донорства, но пока по каким-то причинам откладывают это?

    В роли амбассадора я себя чувствую уверенным новичком. Я и раньше любила рассказывать о донорстве, а теперь в моём окружении ещё больше людей, которые этим интересуются. Я всегда отвечаю на вопросы, что-то советую. Будет вдвойне приятно, если получится кого-то привести в донорство. Я стараюсь изучать много разной информацию о донорстве, чтобы передавать людям только проверенные факты. Вокруг донорского движения и так много мифов, задача с ними бороться, а не создавать новые. 

    Что же касается советов, то, отталкиваясь от своего опыта, я бы посоветовала задать себе цель. Подумать о том, как можно максимально эффективно рассказать о донорстве. Не двум-трём друзьям, а на широкую аудиторию. У меня было вышивальное сообщество, у кого-то большой коллектив, много друзей, социальные сети или какое-то интересное хобби. Ещё рекомендую не бояться спрашивать совета, просить о помощи. Оказалось, что незнакомые люди охотно помогают. 

    Ещё такое наблюдение: многие люди думают, что если не являешься донором, значит не можешь что-то говорить о донорстве, давать какие-то советы. Это не так. Если по каким-то показателям тебе нельзя сдавать кровь или ты не можешь, боишься, например, то даже так можно помочь сообществу, просто рассказывая об этом. Вдруг в твоём окружении были люди, которые сомневались, стоит им сдавать кровь или нет. Когда они слышат от своих близких, коллег или друзей о донорстве, то относятся к этому с большим вниманием. 

    Чем бы вы ещё хотели поделиться, о чём мы вас не спросили?

    Мне кажется, что дети — хорошая аудитория. Да, они пока не могут быть донорами по возрасту, но можно посадить зёрнышко. Более простым языком объяснить, зачем нужно донорство. У меня двое детей, сыну 9 лет и 6 лет дочке. Они уже стали понемногу интересоваться, спрашивать меня, почему я прихожу с забинтованной рукой, видят фотографии, где я на донациях, и спрашивают, что за аппараты вокруг меня. Я рассказываю им о процессе, отвечаю на вопросы, но не романтизирую. Стараюсь не влиять на их выбор. Дочка вот не хочет сдавать кровь, а сын заинтересовался. Я понимаю, что ещё рано говорить об этом, но они хотя бы будут знать, что это совсем не опасно и очень важно. Если не они, то кто-то из их окружения станет донором, у них тогда будут хорошие советчики.  

    Я считаю, что не надо стесняться того, что ты донор. Есть такое, что если ты говоришь об этом, то только хвастаешься, а мы к этому не очень хорошо относимся. Но доноров и так мало, а негативной информации вокруг донорства много, поэтому надо об этом говорить. Такое вот небольшое послесловие. 

    Посмотреть работы всех участниц проекта «Добрые Крестики» можно в социальной сети ВКонтакте, набрав в поисковой строке сервиса #ДобрыеКрестики. А запустить свой сбор в пользу нашего сообщества (по поводу и без) можно на нашей платформе волонтёрского фандрайзинга.

     

    Над материалом работала Екатерина Кисляк

  • Самая редкая из всех: новая группа крови, которую искали 15 лет

    Самая редкая из всех: новая группа крови, которую искали 15 лет

    Мы привыкли определять группы крови по системе ABO и резус-фактору, но в действительности групп крови гораздо больше. Международное общество переливания крови (ISBT) уже признало 47 уникальных групп крови. В июне 2025 года в этот список добавилась 48-я. Новое открытие получило неофициальное название Gwada Negative. Что это за группа и почему она важна — разбираем в статье.

    Что такое Gwada Negative?

    Gwada Negative — редчайшая группа крови, официально признанная ISBT — Международным обществом переливания крови. Её главная особенность — отсутствие антигена EMM на поверхности эритроцитов. Обычно EMM присутствует у подавляющего большинства людей и считается антигеном высокой распространённости. Но в случае с Gwada-отрицательной группой этот антиген отсутствует полностью, что делает переливание невозможным без идеально совместимого донора. Название Gwada Negative выбрано в честь Гваделупы — региона в Карибском море, откуда родом первый (и пока единственный известный) носитель этой группы крови.

    Путь длинной 15 лет: как выявили новую группу крови?

    История с Gwada Negative началась в 2011 году, когда 54-летняя пациентка из Гваделупы, проживающая в Париже, сдала кровь перед плановой операцией. В результате анализа выявили антитела, которые не поддавались классификации — они не соответствовали ни одной из известных систем. Но возможностей лаборатории оказалось недостаточно, чтобы детально расшифровать природу антител.

    В 2019 году, при помощи высокопроизводительного секвенирования ДНК (NGS), учёным удалось проанализировать образец и подтвердить: перед ними — новая группа крови, которая сформировалась в результате наследования мутировавших генов от обоих родителей.

    Мутация антител в компонентах крови — одна из распространённых причин возникновения новых групп крови, как, например, MAL-отрицательная.

    Почему это важно?

    Сегодня женщина с Gwada-отрицательной группой совместима только сама с собой: никакая кровь не может считаться для неё безопасной. Сложившаяся ситуация подчёркивает острую необходимость:

    • создания реестра носителей редких групп крови;
    • расширения возможностей молекулярной диагностики;
    • поддержки международных программ по донорству для пациентов с редкой группой крови.

    Открытие новых групп крови — это путь к точной и безопасной медицине для всех, чья кровь выходит за рамки привычных классификаций.

    Что открытие меняет в мире трансфузиологии?

    Gwada Negative — не просто научная сенсация. Это напоминание о хрупкости и сложности иммунной совместимости, а также о пациентах, которых буквально единицы и потребности которых не менее важны.

    До недавнего времени пациентка с Gwada Negative считалась «труднотипируемой» — ни одна существующая система не могла классифицировать её кровь. Сегодня таких пациентов можно точно диагностировать с помощью секвенирования нового поколения (NGS) — это выводит безопасность переливаний крови и её компонентов на новый уровень.

    Для сообщества доноров это значит одно: чем больше мы знаем о разнообразии групп крови, тем быстрее и эффективнее можем помочь. Даже если у кого-то группа крови встречается одна на миллион — стоит помнить, что шанс есть. И этот шанс — в знаниях, в реестрах, в развитии донорской инфраструктуры.

     

    Автор Ирина Попкова

     

  • Путь в амбассадоры DonorSearch

    Путь в амбассадоры DonorSearch

    В 2025 году команда DonorSearch поставила себе цель развивать амбассадорское движение внутри сообщества. Как участники сообщества из регулярных доноров становятся амбассадорами? Какие роли могут брать на себя и выполнять амбассадоры? Как амбассадоры могут помочь в развитии донорского движения в целом? Мы могли бы придумать эти вещи от себя и дать потенциальным амбассадорам уже готовые инструкции. Однако вместо этого мы решили спросить участников сообщества, в чём лично они видят задачу амбассадора, и в своих построения оттолкнуться от мнения  доноров. Результаты исследования ищите в статье.

    Понимание пути донора — это основа развития сообщества и его платформы. Оно позволяет адаптироваться под реальные нужды своих участников и эффективно поддерживать их на каждом этапе пути — от первой донации до статуса амбассадора. Чтобы лучше понять этот путь, а также ту роль, которую могут взять на себя амбассадоры, в апреле 2025 года команда DonorSearch провела социологическое исследование. В рамках исследования мы опросили 1550 доноров по всей России и провели три глубинных интервью с донорами-амбассадорами. 

    Итак, каким образом устроен путь донора? В какой момент человек меняет свою роль, превращаясь из донора в амбассадора? И что ему даёт новый статус?

    Первый контакт с донорством

    Самый распространенный старт в донорстве — это сдача крови «за компанию» с друзьями или знакомыми (17% респондентов). Несмотря на то, что альтруизм (желание помочь людям в целом или конкретному нуждающемуся) является доминирующим мотивом для большинства доноров, именно поддержка со стороны окружения чаще всего обеспечивает переход от намерения к действию. Следовательно, первоочередной задачей для амбассадоров может стать сопровождение доноров-новичков. 

    «Для меня самое ценное — это когда со мной на донацию приходят те, кто сдают кровь в первый раз. Объясню почему. Регулярные доноры уже всё попробовали, всё знают и не так боятся. Первичные же доноры часто мне пишут: «Я давно хочу сдать кровь, но мне страшно, я не понимаю, где и какие анализы нужно сдавать, какие документы с собой брать, где регистрироваться». Это понятный и объяснимый страх, многие про это говорят. И здесь самое главное — привлечь человека на самую первую донацию, используя свой опыт и отвечая на его вопросы», — мнение амбассадора сообщества DonorSearch. 

    Первая донация

    Подавляющее большинство доноров (91%) остались довольны своей первой донацией. Ключевыми факторами удовлетворённости являлись доброжелательность и внимательность медицинского персонала, а также получение исчерпывающей информации о процедуре. Этот вывод подчеркивает важность комфортной атмосферы и психологической поддержки, а также  указывает на потенциальное участие амбассадоров в успешной адаптации новичков. В целом на этапе первой донации роль амбассадора может быть не только в информировании и организации посещения центра крови, но в психологической поддержке новичка во время сдачи крови.

    Регулярные донации

    Переход к регулярной сдаче крови и её компонентов — это этап, где мотивация возвращаться в центры крови становится разнообразнее. Факторный анализ мотивации регулярных доноров выявил три компонента:

    • Альтруистический — желание помогать людям вообще и в чрезвычайной ситуации, а также быть примером для окружающих;
    • Прагматический — получение материальных стимулов, почётных званий и связанных с ними престижем (особенно в малых городах);
    • Социальный — участие в донорстве «за компанию» и удовлетворение любопытства, которые со временем трансформируются в устойчивую привычку сдачи крови. Именно комьюнити выступает в данном случае ключевым катализатором формирования и поддержания донорской практики.

    На этом этапе доноры сталкиваются как с личными трудностями (поддержание гемоглобина и соблюдение диеты, трудности, связанные с работой и т.д.), так и с системными барьерами (сложности с записью на донацию, очереди и т.д.). Это естественным образом может влиять на мотивацию и желание продолжать сдавать кровь. И вовлечение активных доноров крови в амбассадорство может дать дополнительный стимул поддержания донорской активности. 

    «После получения звания «Почётный донор России» мотивация в целом падает. Возникает вопрос: «А что дальше?» Эфемерно спасенные люди  — это классно, прикольно, но в любом случае появляются какие-то обязательства: семья, друзья, знакомые, работа, учёба или ещё что-то. Времени и так становится мало, а ещё нужно выделять время, чтобы съездить в больницу. Поэтому в этом плане мотивация падает, потому что нет цели какой-то конечной и масштабной цели. Так можно ходить и сдавать кровь до бесконечности, пока хватает здоровья и времени», — мнение амбассадора сообщества DonorSearch.

    Амбассадорство

    Таким образом, для опытных доноров, особенно после получения звания «Почётный донор России», амбассадорство может становиться новой значимой целью. Результаты исследования показали, что первостепенная задача амбассадора заключается в помощи первичным донорам в преодолении «страха первого раза». Это значит, что не только привлечение новых доноров, но и их обеспечение психологической поддержки во время первой донации является важной функцией амбассадора.

    Опыт амбассадора играет важную роль при популяризации донорства, поскольку является фактором, формирующим доверие со стороны общества. Как отмечает один из доноров-амбассадоров:

    «Одно дело, когда почётный донор России говорит, что донорство — это абсолютно хорошо, безопасно и так далее. К нему есть определённый уровень доверия. Если говорит человек, который не является почётным донором, то к нему меньше доверия. Поэтому признание в этом плане даже играет на руку, потому что помогает лучше и качественнее рассказывать о донорстве». 

    Основная мотивация доноров к амбассадорству связана с альтруистическими ценностями («Есть внутреннее убеждение в том, что донорство является тем способом помощи, который не требует от тебя сверхусилий. Донорство способно объединить в прямом и переносном смысле очень разных людей») и желанием быть причастными к социально значимой деятельности («Потому что это важное дело, которое может сделать каждый здоровый человек. Раз в квартал прийти и сдать кровь — на это нужно совсем немного времени, а польза огромная»). 

    Недостаточная осведомленность о различных аспектах сдачи крови и распространённость мифов являются основными барьерами в амбассадорской деятельности. Амбассадоры чаще, чем не-амбассадоры, к трудностям популяризации донорства относят непонимание его важности в обществе, наличие мифов, а также соседствующие с ними недостаточную осведомленность о различных аспектах сдачи крови и страх перед ней. 

    У многих есть какой-то подсознательный страх: а вдруг что-то пойдет не так? У меня, например, родители и родственники много раз уточняли: «А тебя не заразят там чем-нибудь? А там точно всё безопасно?» Это довольно распространённый миф», — мнение амбассадора сообщества DonorSearch.

    Именно на эти барьеры — недостаток информации и недоверие — важно обратить внимание в первую очередь. Амбассадоры нуждаются в усиленной поддержке со стороны организаций в части повышения осведомленности не-доноров о важности и безопасности донорства, опровержения мифов.

    Исследование проведено при поддержке Фонда президентских грантов. 

  • Почётный донор Ленинградской области

    Почётный донор Ленинградской области

    В июне 2025 года в Ленинградской области официально ввели региональное звание «Почётный донор Ленинградской области». Его цель —  поощрить доноров, которые регулярно сдают кровь и её компоненты, и поддержать их на пути к званию «Почётный донор России». В статье собрали все детали нововведения — от необходимого количества донаций до пакета документов для получения звания. 

    Федеральное звание

    В России уже давно существует звание «Почётный донор России». Это официальный статус с приятными бонусами: социальными льготами и ежегодной денежной выплатой.

    Сейчас всё больше регионов начинают вводить локальные звания — как промежуточную благодарность тем, кто уже активно сдаёт кровь и её компоненты и находится на пути к званию «Почётный донор России». Такие звания уже есть, например, в Москве, Санкт-Петербурге, Ростовской, Амурской и некоторых других областях. С июня 2025 года к ним присоединилась и Ленинградская область.

    Как получить звание «Почётный донор Ленинградской области»

    Звание можно получить, если вы сдавали:

    • кровь и (или) её компоненты (за исключением плазмы крови) от 20 до 40 раз;
    • кровь и (или) её компоненты от 10 до 25 раз и плазму крови в общем количестве от 20 до 40 раз;
    • кровь и (или) её компоненты менее 10 раз и плазму крови в общем количестве от 30 до 60 раз;
    • плазму крови от 30 до 60 раз.

    Обратите внимание, что засчитываются только безвозмездные донации, то есть те, за которые вы не получали денежную компенсацию.

    Все донации должны быть зафиксированы и подтверждены справками из учреждения Службы крови. Если вы регулярно сдаёте кровь в Ленинградской области, но не уверены, сколько донаций у вас в зачёте, обратитесь в ваш пункт сдачи крови: там вам  помогут восстановить статистику.

    Как получить звание: пошаговая инструкция

    Чтобы получить звание  «Почётный донор Ленинградской области», нужно: 

    1. Собрать пакет документов (копию 1 и 2 страницы паспорта, страница с регистрацией в Ленинградской области или копия свидетельства о регистрации, письменное заявление и согласие на обработку персональных данных). 
    2. Подать документы в донорский отдел Центра крови Ленинградской области. 

    Решение о награждении званием «Почётный донор Ленинградской области» принимается на основании представленного списка кандидатов, который формируется раз в квартал и утверждается губернатором региона. После подписания указа вам официально присваивают звание.

    Уточнить детали и получить помощь с оформлением пакета документов можно по телефону Головного подразделения донорского отдела г. Тосно — 8 813 612 43 35.

    Ознакомиться с полным текстом постановления можно здесь. 

    Почему это важно

    Для кого-то это получение регионального звания — приятный бонус. А для кого-то — первое признание многолетнего донорского пути. Региональное звание — это шаг навстречу донорам, которые стабильно и с душой помогают людям. Это способ сказать: «Мы видим. Мы ценим. Мы благодарны».

    Если вы — донор из Ленинградской области или знаете кого-то, кто сдаёт кровь и её компоненты регулярно, расскажите о новой возможности. Иногда до федерального звания остаётся совсем немного, и тогда региональное звание даёт шанс получить заслуженные поддержку и внимание.

     

    Автор Ирина Попкова

  • И по любви, и по призванию я врач. И донор!

    И по любви, и по призванию я врач. И донор!

    В 2025 году за Всемирным днём донора, который отмечается 14 июня, сразу следует День медицинского работника в России. Редакция журнала DonorSearch решила объединить два повода и поговорить о профессии медика с врачами-трансфузиологами, которые нередко сами становятся донорами крови и её компонентов. Наши герои буквально вкладывают в работу самих себя, потому что как никто другой понимают, что значит «нуждаться в крови». Этим материалом мы хотим поздравить и поблагодарить врачей и доноров за их самоотверженность, силу, терпение и бесконечную любовь к людям. Присоединяйтесь и вы!

    Хусаинова Асия Фаритовна, врач-трансфузиолог Казанского филиала ФГБУ РМНПЦ «Росплазма» ФМБА России, исполнительный директор АНО «Центр оказания общественной, социальной и гуманитарной помощи “Смелые сердца”», лауреат федеральных и республиканских наград, активный участник донорских и просветительских программ. Почётный донор России (150 донаций плазмы).


    Фотография из личного архива Асии Хусаиновой. 

    Расскажите о своей первой донации. Как это было?

    Врачом Службы крови я стала в 2008 году, а вот стать донором решилась лишь спустя два года, зимой 2010, когда впервые сдала плазму, преодолев сильный, чисто человеческий страх перед медицинскими манипуляциями (которые я сама ежедневно проводила).

    Новогоднее время [для меня] — пора чудес и возможность стать лучше. Помню, как накануне [первой донации] почти не спала от волнения. Переломный момент наступил, когда я вошла в плазмозал. Впервые я взглянула на него не глазами медика, а глазами донора. Увидела людей, лежащих в донорских креслах — спокойных и улыбающихся. Эта атмосфера взаимопонимания и осознание того, что все мы здесь по одной причине — помочь — сделали свое дело: мой страх ушёл.

    Сама процедура под чутким контролем коллег прошла гладко и абсолютно безболезненно. Сразу после неё стало ясно: это не в последний раз. Для меня это несложно, а кому-то — жизненно необходимо. Чувствовала я себя хорошо: лёгкая усталость быстро сменилась чувством внутреннего удовлетворения. С тех пор я регулярно сдаю плазму.

    Как и почему вы стали регулярным донором?

    Честно говоря, меня вдохновили люди. Пациенты, которым нужна кровь [и её компоненты], коллеги, которые каждый день борются за их жизни, доноры, которые приходят [на донации] снова и снова. В итоге понимаешь: ты — часть большой системы помощи. Ты нужен. Осознание этого уже не даёт отступить.

    Когда работаешь в Службе крови и видишь, как одна доза донорской плазмы может спасти жизнь ребёнку или взрослому после тяжёлой операции, то уже не можешь не помогать.

    Что вам больше всего нравится в вашей работе?

    Как врач-трансфузиолог и организатор донорского движения, я особенно ценю в работе два аспекта. Во-первых, ощутимый результат: грамотно организованный процесс заготовки, контроля и подготовки компонентов крови помогает конкретному пациенту. Это [даёт] чувство причастности к спасению жизни. Даже без личной встречи с больным.

    Во-вторых, сами доноры. Их искреннее, бескорыстное желание помочь, их «тихий подвиг» вселяют оптимизм и веру в человечество. Яркий пример — случай на выездной донорской акции в Ульяновске: первокурсник, ему только что исполнилось 18, несмотря на сильный страх, волнение и связанное с этим недомогание, твёрдо решил вступить в регистр доноров костного мозга. Такая самоотверженность — высшее подтверждение значимости нашей работы.


    Фотография из личного архива Асии Хусаиновой. 

    Какой самый распространённый миф о донорстве вам приходилось слышать?

    Самых распространенных мифов несколько, но, пожалуй, лидер: возможность чем-либо заразиться во время донации. Люди искренне боятся: «А вдруг через иглу что-то передастся?» Хочу заверить: риск заражения равен нулю! Все используемые системы — иглы, трубки, пакеты — абсолютно стерильны, одноразовы и вскрываются при вас. После процедуры весь этот комплект немедленно утилизируется. Никакого контакта с оборудованием, которое использовалось для другого донора, быть не может.

    Здесь есть ещё один важный аспект, о котором мало кто задумывается: члены донорского сообщества — одни из самых информированных о своем здоровье людей! Почему? Потому что каждая донация — это не только помощь другим, но и бесплатное и тщательное обследование самого донора. Каждый контейнер с донорской кровью или её компонентами в обязательном порядке обследуется на наличие антител к опасным инфекциям: ВИЧ, вирусам гепатита B и С, сифилису. Если обнаруживаются отклонения (что, к счастью, бывает редко), донора немедленно информируют и приглашают для дополнительного обследования. Таким образом, регулярное донорство — это ещё и ответственность перед самим собой и своими близкими, возможность быть в курсе своего здоровья.

    Второй частый страх — «Это очень больно!» Как врач и донор со 150 донациями плазмы могу сказать, что сама процедура забора крови или плазмы практически безболезненна. Неприятные ощущения могут возникнуть в момент прокола кожи, однако основная «боль» связана скорее со страхом и неизвестностью. На это я всегда реагирую спокойно и аргументированно, объясняя технологию и делясь личным опытом.

    Советую будущим донорам не стесняться задавать любые вопросы персоналу донорского центра! Знание — лучший способ развеять страх. И помните: медперсонал заинтересован в вашем комфорте и безопасности не меньше вашего.

    Что бы вы посоветовали тем, кто только задумывается о том, чтобы стать донором?

    Не бойтесь. Страх — это нормально. Он проходит, а добро остаётся. Всем, кто ещё не стал донором и читает эти строчки: не сомневайтесь! Вы нужны, вас очень ждут на станциях переливания и в плазмоцентрах. Мы же, врачи и медсёстры, всегда будем рядом и ответим на все ваши вопросы. И, пожалуйста, не откладывайте на «потом». Пока вы думаете, кому-то нужна кровь уже сегодня. Будьте смелыми сердцем. Всё остальное приложится.

    О чём мы вас не спросили, но чем хотелось бы поделиться?

    Я хочу выразить глубочайшую признательность всем донорам. Тем, кто приходит регулярно, и тем, кто делает это впервые или эпизодически. Вы — истинные герои современности, чей подвиг совершается без громких слов.

    Особенно вдохновляет, когда донорские центры посещают целыми коллективами: студенты, семьи, сотрудники предприятий. Горжусь нашими объединяющими проектами. Например, Республиканским межвузовским донорским чемпионатом в Казани, где вузы не соперничают, а вместе идут к общей цели — заготовить максимум крови для пациентов. Это не соревнование, а единение! Мы планируем второй чемпионат, хотим вывести его на межрегиональный уровень.

    Отмечу также успех региональных этапов Всероссийских донорских марафонов донорства костного мозга #ДавайВступай! и #ОгоньЖизни в Татарстане. Это результат слаженной работы Службы крови, Красного Креста и волонтёров. Подобные инициативы ярко демонстрируют силу духа и отзывчивость наших людей.

    Донорство — не просто медицинская манипуляция. Это проявление нашей человечности, милосердия и готовности прийти на помощь. Желаю коллегам, донорам и волонтерам сохранять в душе этот внутренний свет, освещающий путь к здоровью пациентов. Вместе мы способны на многое!

    Кривов Иван Александрович, врач-трансфузиолог Отделения переливания крови клинического центра Первого Московского Государственного Медицинского Университета им. И. М. Сеченова. Регулярный донор крови и её компонентов (56 донаций: 15 донаций цельной крови, 41 донация плазмы).

    Фотография из личного архива Ивана Кривова. 

    Расскажите о своей первой донации. Как это было?

    Впервые я сдал кровь 26 марта 2003 года. Тогда я был студентом медицинского колледжа, учился на фельдшера в Волгоградской области в городе Михайловка. Мы с одногруппниками решили сдать кровь, увидев через дорогу станцию переливания крови. К донации готовились так, как везде рекомендовали (информация об этом была в доступе): утром позавтракали кашей на воде, перед донацией выпили чай с печеньем. В то время кровь сдавали в операционном боксе, но поскольку у меня был небольшой вес (52 кг), в первый раз мне назначали сдать всего 200 мл. Кровь я сдавал лёжа: меня положили на небольшую кушетку, руку поместили в специальный бокс и так забрали (тогда ещё) в стеклянный флакон 200 мл крови.

    Второй раз я сдал кровь уже во время службы в Вооруженных силах Российской Федерации. Почему вторая донация мне так запомнилась? Потому что я был санинструктором медицинского пункта отдельного батальона внутренних войск на территории Чеченской республики в Грозном, где я служил и за что получил звание ветерана боевых действий. Однажды к нам приехал медицинский отряд специального назначения главного военного госпиталя, они забирали кровь. Так я стал донором во второй раз.

    Как и почему вы стали регулярным донором?

    Регулярным донором я стал, когда уже отучился в университете, переехал в Москву и поступил в ординатуру на трансфузиолога. Наверное, я стал регулярным донором как и любой человек, который выбирает эту специальность. С 2015 года я регулярно сдаю цельную кровь и её компоненты в виде плазмы. Стараюсь сдавать кровь как можно чаще (конечно, в рамках положенных сроков), за год получается примерно 8–9 донаций [крови и её компонентов]. Я ещё не являюсь Почётным донором России, но уже почти на финишной прямой. Мне досталась A– (II–) группа, такая кровь востребована, поэтому регулярными донациями я стараюсь спасти столько жизней, сколько могу.


    Фотография из личного архива Ивана Кривова. 

    Что вам больше всего нравится в вашей работе?

    В профессии мне нравится практически всё. Доноры у меня все здоровые и позитивно настроенные люди, которые стремятся спасать жизни. Кроме того, я знаю, что от качества моей работы зависит жизнь многих пациентов: от донора берется цельная кровь, а из неё три компонента, которые я оцениваю, проверяю и отпускаю в клинику, где она поступает к пациенту. За смену я принимаю несколько десятков человек и спасаю в три раза больше реципиентов. На работу я хожу с радостью, она приносит мне моральное и физическое удовлетворение.

    Какой самый распространённый миф о донорстве вам приходилось слышать?

    Я расскажу о трёх главных мифах. Первый — сдача крови опасна из-за риска передачи инфекций. Это абсолютное заблуждение. Все расходные компоненты одноразовые, система закрытая, поэтому в процессе обработки компонентов контакт со средой исключен. Второй — сдавать кровь больно. Многие доноры спрашивают меня об этом, но на самом деле это похоже на привычный нам укол в вену. Несмотря на то, что игла большая (что всегда удивляет новых доноров), она покрыта силиконом и легко входит, поэтому боль от прокола минимальна. И третий: донорство — вредно или бесполезно. Это не так, ведь мы забираем объём крови, который легко компенсируется организмом в течение двух месяцев, а плазма — уже через две недели. К тому же, если бы это было вредно, то донорство бы просто не просуществовало столько времени.

    Что бы вы посоветовали тем, кто только задумывается о том, чтобы стать донором?

    Как врач-трансфузиолог и как донор, я посоветую всем людям, которые только думают становиться донорами, не сомневаться в своём решении. Без крови не бывает жизни. Кровь невозможно заменить, она нужна в таких экстренных ситуациях, как кровотечения при травмах, ранениях, родах.

    На практике мне приходилось оказываться в ситуациях, когда у больного начиналось кровотечение, а у меня не было доступной донорской крови. Ужасное ощущение. И совсем по-другому было, когда я точно знал, что у меня есть этот мешочек с кровью в холодильнике. Благодаря этому я мог спокойно оперировать, потому что знал, что в случае чего смогу спасти человека. Так что становитесь донорами. Это хорошо, это безопасно, это спасает жизни.

    Самому донору это тоже идёт только на пользу, да и в целом становится приятно от того, что сдаёшь кровь и тем самым делишься частичкой себя с нуждающимся человеком. И он будет донору благодарен! Могу заверить, что многие реципиенты, которые выздоровели благодаря чьей-то крови, искренне благодарны вам.

    Фотография из личного архива Ивана Кривова. 

    О чём мы вас не спросили, но чем хотелось бы поделиться?

    Ещё немного я хочу рассказать о донорстве костного мозга, а именно о донорстве гемопоэтических стволовых клеток. В настоящее время большое количество людей нуждаются в пересадке костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток. Чтобы стать таким донором, необходимо пройти типирование, поэтому всех доноров крови и её компонентов до 45 лет призываю вступать в регистр доноров костного мозга. По статистике, происходит всего одно совпадение на десять тысяч человек, а в регистре на сегодняшний день довольно мало людей. Многие пациенты всё ещё ждут свой шанс, но их время, к сожалению, ограничено.

    Не стесняйтесь, спрашивайте у врачей-трансфузиологов о возможности пройти типирование. От вас потребуется всего лишь одна дополнительная пробирочка [с кровью] (5 мл). Если вдруг вы совпадёте с каким-то реципиентом, которому нужна пересадка костного мозга, вас пригласят на дополнительную консультацию, чтобы взять эти клетки. Да, в отличие от сдачи крови, этот процесс займет чуть больше времени, но этим вы спасёте человеческую жизнь.

    Этим людям ставят безнадёжные диагнозы, для них ваши клетки — зачастую единственная возможность продлить жизнь, поэтому давайте сделаем эту важную работу, чтобы расширить регистр и подарить кому-то надежду.

     

    Над интервью работала Екатерина Кисляк

  • Беговое сообщество DonorSearch: обзор

    Беговое сообщество DonorSearch: обзор

    Не так давно доноры-бегуны сообщества DonorSearch вновь стали частью ежегодного Казанского марафона. Они участвуют в забеге уже не первый год и раз за разом доказывают: донорство крови и спорт — не просто совместимы, но ещё и идеально друг друга дополняют. В новом материале мы решили рассказать о том, как и когда появилось беговое сообщество DonorSearch, а также расспросить самих доноров-бегунов о том, какую ценность они для себя в нём видят.

    Как всё начиналось

    Идея создать сообщество доноров-бегунов у команды DonorSearch возникла в 2021 году.

    «Мы хотели объединить доноров, чтобы их «связывала» не только кровь, но и увлечения, а шире — стиль жизни. Первым делом на ум пришли беговые клубы, в которых люди собирались, чтобы найти себе компанию для пробежки или забега», — Юля Исмагилова, проектный менеджер DonorSearch в Татарстане.

    В это же время — в 2021 году — появилась возможность подать заявку на грант от Благотворительного фонда Владимира Потанина, который поддерживал инициативы, связанные со спортом и здоровым образом жизни в контексте общественной пользы. Это был знак, что пора начинать более системную работу по созданию сообщества.

    Реализовать задумку с грантом в тот год не получилось, но уже в следующем году команда DonorSearch попробовала оплатить донорам бегунам-слоты на Казанском марафоне и объединить их в отдельное сообщество для дальнейшего общения и взаимодействия. Чуть позже появилась идея создать для доноров-бегунов какую-то отличительную вещь, чтобы всем было видно, что бегущий впереди человек — донор. Этой вещью стала беговая футболка. С этого всё и началось.

    От первых участников до всероссийского сообщества

    Сообщество доноров-бегунов начало своё существование с 50–70 доноров, которые регулярно участвовали в забегах в Казани: это были как жители города, так и жители ближайших регионов (например, из Москвы и Санкт-Петербурга), которые приезжали в Казань специально для участия в забегах. Потом, когда команда DonorSearch стала регулярно выдавать футболки донорам-бегунам по всей России, к сообществу присоединились люди, которые никогда не участвовали в Казанском марафоне, но при этом являлись частью бегового сообщества и бегали в футболках DonorSearch в своих регионах.

    Постепенно к группе стали присоединяться как бегуны, которые ничего не знали о сдаче крови, так и наоборот те, кто ничего не знал о беге. В конце концов бегом, как и самим донорством, начинали интересоваться люди, никак с этими сферами не связанные.

    «Мы в DonorSearch уверены, что людям приятно иметь единомышленников, которые могут поддержать тебя в разных сферах твоих интересов. В чате нашего бегового сообщества доноры-бегуны общаются, параллельно делятся своими достижениями как в беге, так и в донорстве, и находят поддержку по обеим темам. Сейчас в сообществе более 600 человек, связанных друг с другом донорством крови и спортом», — Юля Исмагилова, проектный менеджер DonorSearch в Татарстане.

    Как DonorSearch поддерживает доноров-бегунов

    1. Слоты для участия в забегах. Для доноров-бегунов команда DonorSearch выкупает слоты для участия в различных забегах на территории Республики Татарстан. Чтобы получить такой слот, донору-бегуну нужно подать заявку через специальную форму. Ссылка на неё появляется в чате доноров-бегунов перед каждым большим беговым мероприятием. Если донор-бегун подходит под условия (5 подтверждённых донаций в личном кабинете, включая 2 подтверждённые донации за последний год для тех, кто ранее уже участвовал в забегах; 2 и более подтверждённых донаций в личном кабинете для тех, кто впервые участвует в забеге), а также планирует бежать в беговой футболке DonorSearch (и тем самым популяризировать донорство), то он получает слот бесплатно.
    2. Беговые футболки. Они выдаются донорам-бегунам сообщества DonorSearch бесплатно при условии, что у донора есть не менее 5 подтверждённых донаций в личном кабинете DonorSearch (при этом хотя бы одна из них — от 2026 года, а также хотя бы одна из них совершена после регистрации на платформе) и что донор планирует участвовать в публичном беговом мероприятии, которое он уже оплатил. Доставка футболки доступна в любой регион России и оплачивается донором-бегуном самостоятельно. Заказ беговой футболки доступен в личном кабинете в разделе «Бонусы».

    «Беговая футболка — это своего рода отличительный знак, чтобы на соревнованиях доноры чувствовали себя частью чего-то большего и видели, что, сдавая кровь, можно спокойно заниматься профессиональным спортом. Конечно, мы также надеемся таким образом заинтересовать других людей и вовлечь их в донорство. Такой подход действительно работает: наших единомышленников с каждым годом становится всё больше», — Юля Исмагилова, проектный менеджер DonorSearch в Татарстане.

    Фотография из личного архива Юли Исмагиловой. 

    Команда DonorSearch регулярно получает обратную связь на различных соревнованиях, и многие хотят узнать больше о том, как сдавать кровь. В то же время сами доноры-бегуны активно общаются и взаимодействуют друг с другом. Они делятся советами по подготовке к соревнованиям, рассказывают о трудностях и достижениях, с которыми сталкиваются, когда сдают кровь. Получается очень бурлящее, живое сообщество, которое только расширяется.

    Что о сообществе говорят сами доноры-бегуны

    Чтобы наиболее полно рассказать о том, как работает и что даёт донорам-бегунам сообщество, команда DonorSearch взяла небольшие интервью у трёх его участников. Мы побеседовали с Эдуардом Гайнуллиным, QA-инженером в IT-компании, Ренатом Галиевым, сотрудником ФСИН, и Екатериной Моисеевой, сержантом внутренней службы МЧС. Всем им мы задали одни и те же вопросы: о личном донорском и беговом пути, а также о сообществе и том, что оно им даёт.

    Как давно вы сдаёте кровь и её компоненты? Сколько у вас донаций?

    Эдуард: Я сдаю кровь с 18 лет — уже более 8 лет. За это время успел сдать и цельную кровь, и плазму. На сегодняшний день у меня 50 донаций.

    Ренат: Кровь впервые сдал в 2009 году, ещё во время учёбы в Рязани. В нашу Академию приехала передвижная станция переливания крови. Донацию перенёс легко, а потом мне позвонили и позвали ещё: сначала на кровь, а после — на плазму. Сейчас у меня 94 донации в 3 регионах. Из них 61 донация плазмы и 32 донации цельной крови. Однажды даже сдавал тромбоциты. [Сейчас я] принял решение до конца 2025 года «достать до ста», завершив в декабре челлендж сотой донацией цельной крови.

    Фотография из личного архива Рената Галиева. 

    Екатерина: Я начала сдавать кровь и плазму ещё в 2020 году, но активно [стала заниматься донорством] только с 2023 года. В основном я сдаю плазму, так как лучше переношу сдачу [именно компонента], [цельную] кровь сдавала всего 3 раза. На моём счету уже 56 донаций! Маленькими шажками иду к [званию] «Почётный донор».

    В каком году вы присоединились к сообществу доноров-бегунов и почему?

    Эдуард: Мой первый забег случился в октябре 2022 года, тогда же я присоединился к сообществу доноров-бегунов. Я активно искал единомышленников, интересовался донорством, вступал во все возможные группы, связанные с этой темой. Однажды наткнулся на чат DonorSearch в Телеграме [и вступил в него]. В какой-то момент там появилась ссылка на [дополнительный] чат доноров-бегунов, и я подумал: «Почему бы и нет?»


    Фотография из личного архива Эдуарда Гайнуллина. 

    Ренат: Первый раз побежал с донорами в 2022 году. Мне на почту пришло письмо о том, что можно получать бесплатные слоты [на забеги] благодаря регулярным донациям. Во тогда мне как раз просыпался новый виток интереса к бегу [поэтому решил попробовать]. Дальше — больше. Было интересно бегать в окружении таких ребят: добрых, отзывчивых, без спортивной «заносчивости».

    Екатерина: К сообществу доноров-бегунов я присоединилась совсем недавно, в 2023 году, но уже обрела многих единомышленников, с которыми мы регулярно бегаем вместе. На самом деле я случайно увидела постер об этом сообществе и подумала попробовать пробежать с ними 10 км на Казанском марафоне. С того момента мы все дружно общаемся.

    Что вам дает сообщество? Какую ценность вы в нём для себя видите?

    Эдуард: Сообщество доноров-бегунов — это окружение невероятных людей, которые готовы делиться многим ради других. Я счастлив быть частью такого замечательного сообщества и стараюсь приносить ему пользу, вдохновляя и привлекая новых доноров.

    Ренат: Сообщество доноров-бегунов — это прежде всего интересное окружение. А свою ценность я вижу в его сплочении и в работе над новыми совместными проектами: не так давно мы запустили регулярные пробежки доноров в Казани. Беговая кофейня Run Coffee активно нам помогает: за время совместных пробежек у них появились шкафчики-локеры, где бегуны могут оставить вещи (даже полочку для обуви в него уместили), раздевалка, а доноров-бегунов на финише встречают стаканом воды или изотоника.

    Также участники донорского сообщества откликнулись на мой призыв стать волонтёрами Благотворительного фонда «Спорт для Жизни», помогающего людям с нарушениями зрения заниматься циклическими силами спорта.

    А ещё благодаря участию в общероссийском беговом движении 5 вёрст несколько бегунов в итоге стали регулярными донорами. Один раз в год в конце апреля казанские 5 вёрст проводят старт, посвященный донорам.

    Своих коллег тоже потихоньку приобщаю к безвозмездному донорству: одного довел до звания «Почётный донор России», а двух других привел в сообщество доноров-бегунов.

    Екатерина: Сообщество даёт мне в первую очередь мотивацию и поддержку заниматься и идти к своей цели. Думаю, мы друг друга мотивируем. В прошлом году я пробежала 100 км. Многим это кажется чем-то недостижимым, но я заявляю обратное: дисциплина и труд способны на многое. Этому научило меня сообщество.

    Фото из личного архива Екатерины Моисеевой. 

    Самая любимая часть забега?

    Эдуард: Моя любимая часть забега — это общее фото с донорами перед стартом и, конечно, сам забег. Нет ничего более мотивирующего, чем красная донорская футболка, мелькающая впереди: она заряжает энергией и напоминает, ради чего всё это.

    Ренат: Любимая часть забега — от середины дистанции и за километр до финиша. Она бывает самой трудной, но именно здесь начинается диалог с собой.

    Екатерина: Все зависит от дистанции. Я стайер (бегун на длинные дистанции, прим. ред.), но иногда приходится бегать и 1 км. Моя любимая дистанция на соревнованиях — 10 км. В беговом сезоне в 2024 год я бегала только на эту дистанцию, и в ней мне нравится всё: и старт, и сам забег, и финиш. А ещё я люблю марафоны. Они [для меня] — про волю к победе, их я люблю не меньше, чем 10 км. [Во всех случаях] самое важное, чтобы рядом был кто-нибудь, с кем можно поговорить, иначе можно с ума сойти.

    О чём мы вас не спросили, но вы бы хотели этим поделиться? Интересные истории и совпадения, благодарности, что угодно?

    Эдуард: На своём первом донорском забеге я получил счастливый номер 4444. Именно тогда я окончательно понял: всё, что я делаю — правильно, и дорога выбрана верно.

    Ренат: Несмотря на богатство русского языка, не ко всем эмоциям можно подобрать слова вот так сразу. Донорство и бег объединяют людей, которые готовы делиться: настроением, эмоциями, гелем на дистанции (углеводный или энергетический гель — это порционная форма спортивного питания, которая позволяет бегунам восполнять энергию время забегов, прим. ред.) и т.д. Часто бывает так, что сделаешь донору добро, и позже тебя [в ответ] «находит» какая-то приятность. Например, на Казанском марафоне меня ждал подарок от донора из Ханты-Мансийска.

    Что касается интересных историй: в декабре перед открытием мурала, посвящённого донорам, я хотел сдать цельную кровь. Каждый год так делаю, потому что кровь чаще всего нужна летом и перед Новым годом. Но что-то пошло не так: гемоглобин снизился и никак не хотел возвращаться в норму. Впервые в жизни я получил два медотвода подряд. Решил поделиться своей ситуацией с бегунами в чате. Такого количества слов поддержки и советов по улучшению состояния (от чекапа до «лизнуть качели») я ещё не получал.

    Екатерина: В сообществе доноров-бегунов я встретила Рената Галиева, человека, которому очень благодарна за все те активности в беговом сообществе, которые он предлагает. Все его пробежки от Run Coffee просто прекрасны.

    [Что касается интересных и запоминающихся историй, то] самой запоминающейся [историей] был, конечно, мой первый марафон. Каждый раз при виде станции метро я хотела сесть и уехать. Не обязательно на финиш, главное — сесть. И нет, мне не хотелось останавливаться и всё бросить. Я была уверена, что добегу до конца. Первый марафон в любом случае твой личный рекорд и однозначно большое достижение.

    Пробежав [свой первый] марафон, я стала увереннее в себе. В мире только 1% людей сделали это, и я — одна из них. Пусть для кого-то это глупости, но я стараюсь постоянно доказывать себе, что могу быть лучше во всем. Этот марафон я бежала медленно, но теперь я знаю многое для того, чтобы в следующий раз пробежать быстрее. Я аккумулирую опыт. И пользуюсь им, чтобы становиться лучше. Это моё правило по жизни.

    Если вы хотите стать частью бегового сообщества DonorSearch, то переходите по ссылке и присоединяйтесь к чату: https://t.me/+z531HZbdt5RmN2Iy. Мы будем рады видеть всех, кто разделяет наши ценности и увлечения, а именно донорство и бег.

     

    Автор Екатерина Кисляк

  • «Я отдам тебе свою одежду, если ты дашь мне свою кровь»

    «Я отдам тебе свою одежду, если ты дашь мне свою кровь»

    На днях редакция команды DonorSearch открыла для себя ещё один интересный проект, связанный с донорством крови. Мы уже рассказывали вам о том, как художники по всему миру используют кровь в своих работах. В этот раз наше внимание привлёк модный показ, на котором одежду нельзя было купить за деньги — только за кровь. Удалось ли авторам проекта таким необычным способом донести свою идею? Предлагаем узнать!

    В 2010 году в Нидерландах задумались о том, как привлечь внимание молодых людей к донорству. По сравнению с предыдущими поколениями они реже сдавали кровь, что постепенно вело к дефициту донорской крови в стране. Удивительно, но исследования, проведённые в рамках подготовки проекта показали, что молодые люди вовсе были не против стать донорами: просто даже не задумывались об этом. Для многих респондентов донорское движение было чем-то далеким: тем, что показывали в фильмах, может быть, в новостях, но не тем, с чем можно столкнуться в своей повседневной жизни. Особенно, если друзьям или близким не требовалось переливание крови. Пора было что-то менять.

    Так был создан проект The Red Rail («Красная вешалка», пер. с англ.), для которого 18 дизайнеров разработали специальную коллекцию одежды из 20 нарядов. Её представили на Неделе моды в Амстердаме. Правда, вещи нельзя было купить как обычно за деньги: их продавали за кровь. Покупателями могли стать только доноры: они выбирали понравившееся наряды, сдавали кровь и таким образом становились участниками лотереи (если, конечно, могли подтвердить свой статус активного донора).

    Баннер, созданный для продвижения коллекции одежды проекта The Red Rail, слоган: «Я отдам тебе свою одежду, если ты дашь мне свою кровь».  Фото взято из открытых источников.

    Создатели проекта обратились к моде, чтобы привлечь внимание молодых людей, ведь они смотрели на одежду как на язык самовыражения и способ заявить о себе. Организаторы стремились не только сделать донорство более заметным, но и превратить его во что-то «крутое и сексуальное», что-то, чем можно и модно хвастаться. В том числе через одежду, которую можно продемонстрировать.


    Сайт проекта, где разыгрывались вещи из коллекции. Фото взято из открытых источников.

    Подобные инициативы — не новость, но здесь создатели проекта попытались сместить фокус внимания с самой покупки на идею, ради которой она совершается. Оплата собственной кровью воспринимается совсем не так, как оплата картой или наличными. Это и автоматически повышает ценность приобретения, и заставляет осознанно принимать решение как о покупке, так и о «цене», которую нужно за неё заплатить.

     

    Автор Екатерина Кисляк

     

  • Как рассказать о донорстве детям?

    Как рассказать о донорстве детям?

    Регулярное донорство крови и/или её компонентов — это культура, на формирование которой у медицинских организаций уходят десятилетия. Чтобы не терять время, некоторые из них начинают рассказывать о донорстве крови и костного мозга (и «готовить» будущих доноров) уже со школьной скамьи. Для этой цели они проводят лекции, игровые квизы, мастер-классы и другие творческие мероприятия. В этом материале команда DonorSearch собрала несколько лучших практик, которые доступно и ненавязчиво посвящают детей в тему донорства. Их можно взять на заметку как учителям, так и родителям. 

    Учебно-методические пособия

    Карельский регистр неродственных доноров гемопоэтических стволовых клеток регулярно проводит акции и мероприятия для детей, которые повышают осведомлённость о донорстве костного мозга. Анастасия Лохова, педагог с 15-летним стажем и волонтёр Карельского регистра, регулярно выступает руководителем детских проектов о донорстве и занимается организацией досуга и развитием детей в этом направлении.

    В 2023 году Анастасия представила пособие для школьных учителей, по которому можно самостоятельно проводить занятия на тему донорства с детьми младшего и среднего школьного возраста в рамках проекта «О донорстве детям». Уровни сложности для учеников 2–4 классов и 5–9 классов отличаются.

    Для первой группы в пособии представлены игры, ребусы и головоломки, которые нативно рассказывают о донорстве, увлекают в процессе и знакомят с посылами добра и милосердия. Главная цель занятий с этой группой школьников — познакомить ребят с основными понятиями из сферы донорства, а также развенчать мифы и страхи, связанных с ним. Анастасия считает, что младший школьный возраст от 7 до 11 лет — благоприятный период для вовлечения ребёнка в эту тему.

    Для второй возрастной группы учеников предлагаются нестандартные интерактивные уроки — викторины и квизы, которые требуют чуть более углубленных знаний по теме донорства. Пособие предназначено для формирования здорового поколения, для воспитания гуманизма, доброты и отзывчивости, а также для повышения общего уровня эрудиции.

    Как получить материалы?

    Чтобы получить учебные пособия для занятий, перейдите по ссылке и кликните на кнопку «Получить материалы». Система предложит вам заполнить небольшую форму, после чего материалы будут высланы вам на электронную почту совершенно бесплатно.

    Игры-раскраски

    В рамках Всероссийской акции «Код донора» в 2022–2023 году на свет появились игры-раскраски «История Капельки» и «Путешествие Капельки по России» — для младшего школьного возраста.

    В процессе заполнения игры-раскраски ребёнок узнает о свойствах крови, что такое донорство и почему оно необходимо, а также познакомится с регионами России, достопримечательностями и фактами о разных культурах. В пособии представлены головоломки и ребусы, которые развивают и тренируют когнитивные навыки.

    Цель этих раскрасок — рассказать, как сдача крови помогает и взрослым, и маленьким пациентам.

    Обложка игры-раскраски для детей «Путешествие Капельки по России», Национальный фонд развития здравоохранения. Источник: ДонорАртБанк.

    Как получить материалы?

    Игры-раскраски из этой серии опубликованы в открытом доступе. Чтобы их получить, зарегистрируйтесь на сайте ДонорАртБанка. После подтверждения электронного адреса у вас появится опция бесплатного скачивания раскраски.

    Открытки и стенгазеты 

    Рассказывать детям и подросткам о донорстве можно не только на занятиях в школе или дома. Летние оздоровительные лагеря и лагеря отдыха — это отличное место для проведения массовых просветительских активностей. И способы организовать это также имеются. 

    В 2023 году рамках в рамках всероссийской акции «Код донора. Наставничество» ребята в летних оздоровительных лагерях и лагерях отдыха дети рисовали стенгазеты, посвящённые донорству крови, а также рисовали открытки с благодарностями для доноров. 

    Пример письма донорам. Больше примеров работ можно найти здесь.

    Просвещение детей на тему донорства — это вклад в будущее, в дальнейшее взаимодействие внутри общества. Через игры, уроки и личный пример можно сформировать у ребёнка понимание, что донорство — это не страшно, а важно и благородно. 

     

    Автор Анна Ширбанова

  • «В какой-то момент тебе позвонят и спросят, готов ли ты идти дальше»

    «В какой-то момент тебе позвонят и спросят, готов ли ты идти дальше»

    Донорство крови и донорство костного мозга — взаимосвязанные и отчасти похожие друг на друга процедуры. Вместе с этим доноров костного мозга (в том числе потенциальных) в России в разы меньше, чем доноров крови. Во многом это связано со страхом перед процедурой донации: многие до сих пор считают, что костный мозг забирают из позвоночника. На самом же деле костный мозг берётся либо из тазовой кости, либо — что сейчас наиболее распространено — из периферической крови. Такая донация называется донацией гемопоэтических стволовых клеток (или же кроветворных клеток) и не сильно отличается от донации крови или её компонентов. Команда DonorSearch встретилась с сотрудницей биотехнологической компании BIOCAD Елизаветой Дорониной, которая в апреле 2025 года стала донором гемопоэтических стволовых клеток. Мы расспросили девушку обо всех тонкостях, связанных с донацией кроветворных клеток именно таким способом, а также ответственности, к которой следует быть готовым каждому человеку, который решит вступить в регистр доноров костного мозга.

    Расскажите немного о себе. Кем работаете? Какие у вас есть хобби и увлечения помимо работы?

    В декабре прошлого года было шесть лет, как я работаю в BIOCAD. Долгое время я была химиком-синтетиком и занималась фармацевтической разработкой продуктов. В чём суть: есть какая-то целевая молекула, которая должна стать лекарством, и я была разработчиком технологии для этой молекулы. Я отвечала за то, как её получить, как сделать так, чтобы она была нужной чистоты, и как потом масштабировать это на производство.

    Недавно меня повысили. Теперь я владелец продукта, то есть человек, который курирует разработку нескольких фармацевтических продуктов. У меня всегда была приверженность заниматься наукой, и разработка фармацевтических продуктов — это та сфера, где эту науку можно применить, где у неё будет практическое значение. То есть ты понимаешь, что конечный получатель твоего продукта — это человек, и это невероятно вдохновляет.

    В целом моя работа отчасти и есть моё хобби, но если говорить о каких-то увлечениях, которые не связаны с ней, то я люблю ходить в горы. Причём в разных вариациях: это может быть просто хайкинг или же чуть более страдальческий путь, когда ты идёшь куда-то с рюкзаком и палаткой. Люблю также скалолазание. Из таких не совсем тривиальных вещей, которыми я люблю заниматься, могу назвать строительные и ремонтные работы. У нас с мужем есть дом, который мы построили сами с нуля. Все работы, которые в нём проводились, сделаны нашими руками. И это был достаточно творческий процесс.

    Фотография из личного архива Елизаветы Дорониной. 

    Когда и почему вы решили стать донором крови?

    Первый раз сдать кровь я попробовала, когда училась в аспирантуре: сходить на донацию мне предложил одногруппник. Я подумала: «А почему бы и нет?» На тот момент я даже свою группу крови не знала, но всё же записалась в какой-то ближайший центр недалеко от дома и сходила на свою первую сдачу крови. Я сильно почему-то переживала, что у меня будет недостаточный вес, но всё оказалось в порядке. Потом я ещё пару раз ходила сдавать кровь таким образом, а потом устроилась в BIOCAD и старалась посещать донорские акции, которые регулярно проходят внутри компании. Я сдаю только цельную кровь, сейчас у меня около восьми донаций.

    В 2022 году BIOCAD впервые организовал акцию, когда помимо обычной сдачи крови можно было [сдать кровь, чтобы] вступить в регистр [доноров костного мозга]. Компания также организовала новостную рассылку о том, что это вообще такое и как проходит донация [костного мозга]. У меня никогда не было стереотипного представления, что «донорство костного мозга = иголка в спину». Однако каких-то нюансов про эту процедуру я не знала, поэтому история про аферез и про донорство таким способом для меня было большим открытием*. Когда я почитала про эту процедуру, я подумала: «Похоже, это не сильно отличается от обычной сдачи крови». Понятно, что это дольше по времени, но в целом особых усилий это от тебя не требует. И тогда я решила вступить в регистр. Это было осенью 2022 года. В моём случае с момента вступления и до момента совпадения с реципиентом прошло около двух лет.

    Как вы отреагировали, когда узнали, что появилась возможность стать донором кроветворных клеток?

    Тот день, когда мне позвонили [из регистра], был достаточно загруженным. Я была на работе, первый звонок поступил утром. Он был с московского городского номера, и я не стала брать трубку: подумала, что спам. Где-то в обед звонок повторился, но я не взяла трубку, потому что была на встрече. Я обратила внимание, что это был тот же номер. Решила погуглить и увидела, что он принадлежит университету Пирогова (имеется в виду Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н. И. Пирогова; на его базе осуществляет свою деятельность одноименный регистр доноров костного мозга, созданный в 2019 году и входящий в состав Федерального регистра доноров костного мозга; в 2022 году во время донорской акции в BIOCAD Елизавета вступила именно в этот регистр — прим. ред.). Я подумала, что меня, наверное, хотят пригласить на какую-то конференцию или поучаствовать в качестве жюри на каком-нибудь научном мероприятии. Тогда я для себя решила: «Хорошо, если позвонят ещё раз, я возьму трубку».

    В третий раз мне позвонили где-то часов в пять. Я ответила, и первое, что меня спросили, было: «Как вы себя сейчас чувствуете?»

    Я помню, что я шла по коридору и слышала, как стучит сердце, потому что это казалось чем-то невероятным. Я пыталась вспомнить, когда именно вступила в этот регистр, сколько времени прошло. Мне кажется, больше всего в этот момент я испытывала удивление. Когда ты вступаешь, тебе говорят, что шанс стать донором костного мозга очень маленький. Мне казалось, что у меня в какой-то момент эти цифры с процентами мелькали перед глазами.

    [Во время разговора] мне задавали вопросы про состояние здоровья, изменилось ли что-то за прошедшее время. От меня не требовали ответа здесь и сейчас, сказали, что нужно всё обдумать. Предупредили, что если дам согласие, то необходимо будет повторно пройти типирование.

    Мы поговорили, я сказала, что как вернусь домой с работы, то всё обдумаю и позвоню. Но уже в тот момент я для себя начинала продумывать дальнейшие шаги и пыталась прикинуть, куда поеду на типирование, как буду совмещать донацию с работой и как расскажу о своём решении родственникам. То есть в моей голове ответ да был уже тогда.

    В феврале 2025 года мне позвонили и сказали, что реципиент готов к пересадке, поэтому нужно ехать в Москву.

    День донора в BIOCAD. Фотография из личного архива Елизаветы Дорониной. 

    Как ваши близкие и коллеги отнеслись к тому, что вы станете донором кроветворных клеток?

    Самое сложное было рассказать об этом мужу, потому что он как раз из тех людей, которым кажется, что процедура донации — это сложная операция. С ним у нас была длительная дискуссия, но это скорее было связано с тем, что он просто переживал за меня. Что касается друзей и коллег, то все, кому я об этом говорила, отнеслись к новости достаточно позитивно.

    Я переживала за то, как буду совмещать донацию с работой: на тот момент у меня были важные проекты, за которыми нужно было постоянно следить.

    Я решила поговорить с директором департамента, зашла к нему в кабинет с фразой: «Что ты знаешь о донорстве костного мозга?» (смеётся)

    Мы с ним побеседовали и спланировали, как мы всё организуем. Я поехала в Москву и до момента, когда мне начали делать уколы, работала удаленно. А на момент уколов и донаций у меня был оформлен больничный.

    Сколько времени заняла подготовка к донации и сама процедура забора клеток?

    Я приехала в Москву за десять дней до того, как мне начали делать уколы. Меня поселили в гостиницу при детской больнице университета Пирогова. На следующий день я пошла сдавать анализы, пообщаться с координаторами и врачом-трансфузиологом, который впоследствии проводил саму донацию.

    Через пару дней начали приходить результаты, они были хорошие, поэтому мне начали делать уколы [для стимуляции выработки клеток костного мозга]. Это заняло ещё пять дней. Суммарно я там провела две недели и один день.

    Как проходила сама процедура? Какие были ощущения и самочувствие во время забора клеток?

    [Перед началом уколов, стимулирующих выработку гемопоэтических клеток] меня предупреждали, что может быть ломота в теле, что может подняться температура. Мы с врачом также проговорили вероятность обострения аллергии. По итогу у меня на третий день уколов болел крестец. Это было тянущее ощущение, которое в общем-то снялось простым нурофеном: я добыла таблетку, и всё прошло. Из каких-то побочных явлений это было, пожалуй, единственное. При этом я не особо меняла свою жизнь: я продолжала работать, ходила куда-то погулять.

    Что касается самой донации, здесь мы тоже заранее проговорили всё, что может пойти не так. Например, трансфузиолог предупреждал меня о том, что может быть реакция на антикоагулянт. Антикоагулянт нужен, чтобы взятая из вены кровь не сворачивалась в аппарате, однако у него есть побочный эффект — он выводит из организма кальций. Особенно заметно это проявляется у женщин. Из-за этого может быть онемение лица и ощущение вибрации в теле.

    После этого мне очень заботливо и нежно ввели катетеры в обе руки, и процедура началась. Первые пару часов никакого дискомфорта не было: я могла спокойно разговаривать, ко мне постоянно подходили то координатор, то врач. Все следили за тем, как я себя чувствую. Мы даже разговаривали про прибор [с помощью которого забираются клетки костного мозга], потому что мне, как химику, было интересно, как он работает.

    Меня предупредили, что процедура долгая, поэтому я скачала себе режиссёрскую версию «Властелина колец» (режиссёрская версия фильма «Властелин колец» длится около двенадцати часов, — прим. ред.). Подумала, что это отличный шанс её пересмотреть. За время донации первую часть фильма я досмотрела (смеётся).

    Спустя пару часов [после начала забора клеток] у меня появилась цитратная реакция на антикоагулянт, организм начал реагировать на недостаток кальция в организме: появилось то самое онемение и вибрации. Я сказала об этом врачу, мне ввели кальций, чтобы это нейтрализовать. Все последующие часы мы так и проводили: я начинаю ощущать онемение, мне водят кальций, всё отпускает, а потом по новой. Такой вот цикл.

    Моя донация длилась около шести часов. Это было связано с тем, что у меня настимулировалось недостаточно гемопоэтических клеток, поэтому пришлось полежать подольше. Перед процедурой донору ничего не говорят про реципиента, кроме веса, потому что от этого зависит длительность процедуры: гемопоэтические клетки набираются именно на килограмм веса. По-хорошему, мне нужно было находиться там не шесть часов, а чуть дольше, чтобы не только нужное [для трансплантации] количество клеток набрать, но и запас — обычно трансплантационные центры запрашивают клетки с запасом. К сожалению, его мы не добрали: трансфузиолог обратила внимание, что я борюсь с цитратной реакцией, поэтому было принято решение заканчивать процедуру.

    В этот момент я просто разревелась: настолько мне было обидно. Я была готова к тому, что со мной может произойти что угодно: что буду плохо переносить уколы или что у меня будут тонкие вены, и мне не смогут вставить туда катетер. А потом я легла, всё сначала было хорошо, и вдруг началось.

    Я просто лежала, представляла в голове эту молекулу цитрата натрия и думала: «Ты такая маленькая и такая противная! Столько проблем сделала!» (смеётся)

    К концу процедуры онемение чувствовалось не только в лице, но и в руках и в ногах. Но на следующее утро после донации ничего этого уже не было.

    Как проходило восстановление после донации? Что рекомендовали врачи?

    Основная рекомендация — хорошо питаться и не активничать, то есть вести спокойный образ жизни, потому что какие-то физические нагрузки первое время будут тяжело даваться. Я очень хорошо это на себе ощутила: например, в обычной жизни я быстро хожу, но в последние пару дней, когда мне делали уколы, я заметила, что начала ходить медленнее, двигаться быстрее было физически некомфортно. Несколько дней после донации я тоже ходила достаточно медленно, размеренно. Но когда я вышла на работу спустя шесть дней после донации, то осознала, что всё нормализовалось: я шла до работы в своём обычном темпе, и мне было комфортно. 

    Также [от врачей] была рекомендация пропить мультивитаминный комплекс. В моём случае я приобрела кальций, потому что из-за цитратной реакции у меня его довольно много вымылось, и я подумала, что нужно этот дефицит восполнить. Также врачи предупреждают, что через месяц после донации нужно повторно сдать кровь, чтобы посмотреть, стабилизировались ли показатели. 

    Спустя месяц после донации я могу сказать, что физически не ощущаю какого-либо дискомфорта. Более того, в прошлое воскресенье я впервые в жизни попробовала дайвинг, и всё прошло отлично!

    Фотография из личного архива Елизаветы Дорониной. 

    Какой совет вы можете дать тем людям, которые хотят вступить в регистр, но по каким-то причинам откладывают это решение? Например, из-за страха. 

    Если говорить о страхе, то, мне кажется, что он часто рождается именно от незнания, от того, что ты не понимаешь, что тебя ждёт. В моём случае было очень полезно детально погрузиться в весь процесс и понять, что он из себя представляет и какие там есть нюансы. Одним из самых полезных решений было почитать про опыт доноров на каких-то сайтах и форумах, потому что там реальные истории реальных людей. Мне кажется, что было бы неплохо организовывать встречи людей, которые хотят вступить в регистр, с реальными донорами. Мой координатор [которая меня сопровождала до, во время и после донации] — сама донор костного мозга. Когда ты видишь донора, живого, здорового и улыбающегося, страх быстро проходит. 

    Решение о вступлении в регистр — это очень личный момент. Тут сложно сказать, стоит ли с кем-то советоваться на этот счёт, потому что, например, родственники будут сильно переживать за тебя. Иногда бывает так, что ты хочешь найти у них поддержку, но по итогу находишь что-то обратное. Что помогло мне [когда я принимала решение о вступлении в регистр доноров костного мозга]? Я проанализировала своё физическое состояние, потому что это самое важное. Не нужно геройствовать и вступать в регистр, имея какие-то заболевания и говоря при этом: «Я хочу сделать доброе дело, поэтому закрою на это глаза». Это не очень правильно. К решению о вступлении в регистр подходить нужно трезво, оценивать своё физическое и моральное состояние — тоже.  

    Следующий совет касается именно самого вступления в регистр. Когда человек принимает такое решение, то ему нужно понимать: да, вероятность стать донором костного мозга маленькая, но в какой-то момент тебе могут позвонить и спросить, готов ли ты идти дальше. И, мне кажется, ответ на этот вопрос нужно дать себе в тот момент, когда ты только вступаешь в регистр. Пообщавшись с координаторами и руководителем регистра, я узнала, что бывают ситуации, когда люди [вступившие в регистр] отказываются быть донорами. В тот момент, когда они вступали в регистр, они думали, что шанс стать донором у них небольшой, но когда по итогу столкнулись с этим, то, к сожалению, отказывались. Понятно, что я не говорю про отказы, которые случаются по состоянию здоровья: есть вещи, которые от нас не зависят, и с этим ничего сделать нельзя. Но вот вопрос моральной готовности — другое дело. 

    Хотели бы вы встретиться с реципиентом, когда у вас появится такая возможность?

    Да, я бы хотела встретиться, если это будет обоюдное желание. Я знаю, что иногда реципиенты отказываются от встреч, так как для них история с пересадкой костного мозга проходит гораздо сложнее и тяжелее. Поэтому, выйдя в ремиссию, они не хотят об этом вспоминать, говорить и тем более видеться с человеком, который является напоминанием о болезни. Если реципиент захочет, то я с радостью встречусь. Это уникальный опыт, не думаю, что подобная встреча может быть сравнима с какими-либо другими.

    Такое бывает редко, но всё же: если случится так, что вы совпадёте ещё раз уже с другим реципиентом, станете ли вы донором во второй раз? 

    Я думала над этим вопросом. Конечно, тут вероятность получается ещё меньше, но она также есть, особенно учитывая тот факт, что я не вышла из регистра. Поэтому потенциально я к этому готова. Нужно будет только кальций попить перед этим, чтобы всё было в порядке (смеётся). 

    *Более подробную информацию о способах, которыми производится забор костного мозга, можно найти здесь. Информацию о том, как функционируют регистры и как они производят набор потенциальных доноров костного мозга, ищите здесь. Ознакомиться с историями доноров и реципиентов костного мозга можно в специальном разделе нашего журнала.

    P.S. У нас в DonorSearch есть одно правило. В конце интервью с кем-либо мы обязательно задаём вопрос: «О чём мы вас не спросили, но вы бы хотели этим поделиться?» Зачастую ответ является невероятным дополнением ко всему интервью и помогает раскрыть человека с новой стороны. Так случилось и с Лизой. 

    Я бы хотела выразить восхищение людьми, которые этим занимаются [работают в регистрах доноров костного мозга]: это действительно сложная с моральной и эмоциональной точки зрения работа. То, как они общаются с потенциальными донорами, как собирают все данные, с чем они сталкиваются в процессе…  Все врачи и координаторы, которых я видела и с которыми я общалась, — донор костного мозга и аналитик регистра доноров костного мозга Пироговского Университета Минздрава России Алина Аржанова, донор костного мозга и заместитель руководителя регистра доноров костного мозга Пироговского Университета Минздрава России Ксения Дюжина, врач-трансфузиолог Анна Белова и руководитель регистра доноров костного мозга Пироговского Университета Минздрава России Тигран Мурадян — потрясающие люди, к которым я испытываю колоссальное уважение.

    То же самое могу сказать про BIOCAD. Если быть честными, то люди — существа ленивые. Когда нужно куда-то специально записаться, потом доехать до этого места, простоять в очереди, сдать кровь — это выглядит тяжело. Но когда акции по сдаче крови проводятся на работе, когда сама компания тебя в этом поддерживает, это гораздо проще. И за это также хочется сказать спасибо, потому что если бы той акции не случилось, то не факт, что я бы вступила в регистр доноров костного мозга. Так что это действительно полезная работа. 

    Когда у меня уже была назначена дата приезда в Москву, я начала слушать подкасты, смотреть видео и читать форумы, посвящённые донорству костного мозга. Из них я узнала о том, насколько маленький в России регистр. Количество людей в стране — колоссальное, количество разных народностей, национальностей и этнических групп — тоже. И для того, чтобы регистр доноров существовал в полном виде, нужно бóльшее количество потенциальных доноров [чем есть сейчас]. Но меня порадовало, что ситуация немного меняется. Когда я проходила донацию, координатор рассказала, что в 2025 году я у них уже четвёртый донор. Причём количество донаций растёт в геометрической прогрессии: раньше бывало так, что донором становился только один человек в год, а сейчас я была уже четвёртой только за первые четыре месяца. Для сотрудников регистра это, конечно, огромная радость, потому что для всех людей, кто болеет и кому эта донация нужна, это огромный шанс на то, что они смогут жить дальше.  

    Я сдавала кроветворные клетки для реципиента из России. Когда я читала про донорство костного мозга, я, естественно, читала и про этнические группы, и про то, что чаще всего донора можно найти из той же этнической группы и региона, что и реципиент. В этом случае шансы, что группа генов совпадёт, гораздо выше. И это особенно интересный момент, потому что я приехала в Россию из Казахстана. Я выросла в этой стране и жила там какое-то время, а в Санкт-Петербург приехала в 18 лет учиться. И если всю эту историю ещё раз прокрутить, то это получается ещё бóльшая невероятность [что всё так совпало].

  • Капля знаний в море возможностей

    Капля знаний в море возможностей

    В честь Национального Дня донора команда DonorSearch провела для доноров из Казани квиз «Капля знаний в море возможностей». Рассказываем, где проходило мероприятие и чем оно запомнилось участникам. 

    21 апреля в Казани состоялся захватывающий квиз «Капля знаний в море возможностей», посвященный донорству крови и её компонентов. И это было не просто соревнование, а настоящий урок осознанности и добрых дел!

    Всего в донорском квизе приняло участие 10 команд, которые соревновались в 7 раундах. Вопросы для участников были составлены таким образом, чтобы можно было затронуть разные сферы, начиная с высказываний известных людей о донорстве крови и заканчивая фактами о том, как донорство находит своё отражение с музыке, кино и искусстве.

    Победителем квиза стала команда Hurricanes. Команда-победитель и команды, занявшие 2 и 3 место, получили памятные донорские сувениры (кружки и термокружки, бутылки, эспандеры), сертификаты на OZON, а главное — новые знания, которые помогут им продолжать спасать жизни.

    В квизе «Капля знаний в море возможностей» приняли участие более 40 доноров крови и её компонентов. В антикафе «Баклажан», где проходил квиз, команда DonorSeacrh также подготовила фотозону и организовала настоящий донорский перекус — чай с печеньем. Также участники квиза, которые только планируют стать донорами крови, могли подойти к информационному стенду и ознакомиться с информацией о донорстве и о деятельности сообщества DonorSearch. 

    Мероприятие состоялось благодаря волонтёрам КНИТУ-КАИ, а также при поддержке гранта Раиса Республики Татарстан на развитие гражданского общества.